Жалость – от слова «жало». Или вы не согласны?


Я работаю с детьми, страдающими неврологическими расстройствами, более двадцать трех лет. Но каждый день я продолжаю удивляться тому, насколько мало мы знаем об этих детях. Мы, специалисты со всеми своими лицензиями и дипломами, прошедшие последипломное обучение и подготовку по самым современным технологиям и подходам к лечению, до сих пор сталкиваемся с серьезными трудностями в понимании, как лучше работать с нашими маленькими пациентами. Как следствие этого, мы зачастую не в состоянии добиться существенного прогресса, даже после нескольких лет лечения.

Итак, что же происходит?
Я думаю, что ключевой вопрос заключается в том, что многие терапевты (да и, признаемся, медицинское сообщество в целом), очень шаблонно подходят к детям с неврологической патологией. Мы в большинстве случаев не считаем необходимым найти время на то, чтобы действительно узнать личность каждого ребенка, уровень его восприятия окружающей действительности, его способность обрабатывать информацию. Ведь именно с этого следовало бы начинать, и только затем уже приступать к решению проблем, непосредственно связанных с его неврологическими расстройствами.

К сожалению, приходится наблюдать среди врачей и медицинских работников тенденцию складывать “все яйца в одну корзину”, то есть объяснять все происходящее с ребенком его диагнозом. В большинстве случаев это делается с добрыми намерениями, поскольку терапевт просто пытается “снять стресс” ребенка, облегчить его страдания.
В итоге же, агрессивное поведение ребенка, вызванное порой совершенно иными обстоятельствами, обычными капризами, издержками воспитания, рассматривается как следствие его неврологической патологии, списывается на болезнь. Отсюда и ситуация, когда обучение, воспитание маленького человека заменяется игрой, стремлением как-то отвлечь его или же чем-то развлечь, лишь бы он успокоился.

Эти подходы просто не работают. Вопрос в том, а что же работает?
Прежде всего, я хотел бы повторить, что типичная ошибка родителей и, к сожалению, врачей в стремлении как можно скорее снять с ребенка стресс, пощадить его, облегчить его состояние. Каким образом? Да очень просто: отвлечь его игрой.
Но простота эта, во-первых, если и облегчает состояние ребенка, то не надолго, во-вторых, и это самое главное, не решает глобальную проблему, оставляет в силе его диагноз.
А теперь скажите: разве мы перед походом к стоматологу или другому врачу, скрываем от ребенка его болезнь? Разве мы не настраиваем его на то, что ради выздоровления ему придется пережить неприятные минуты, часы, дни?…
Почему для детей с неврологическими заболеваниями надо делать исключения?
Я убежден, что их обманывать нельзя, более того, понимая цели и задачи лечения (поверьте, это под силу даже самым маленьким) дети станут вашими первыми союзниками.
При всем этом, конечно же, никто не собирается исключать из процесса терапии элементы различных игр, являющихся частью восстановления утерянных функций. Но – игр обучающих, придуманных не для развлечения и отвлечения, а способных возродить и закрепить жизненно необходимые навыки.
Чем больше мы будем скрывать от ребенка его проблемы, тем меньше надежд на то, что у него проявятся стимулы изменить свою жизнь к лучшему.
По моему мнению, это должно относиться не только к философии исцеления, а ко всем жизненным ситуациям.
Мой подход к детям с неврологическими заболеваниями ЛЮБОГО характера в том, чтобы рассматривать их в качестве “обычных” детей, которым в силу каких-то причин «достались» определенные расстройства. И моя задача помочь им стать независимыми во всех аспектах их жизни.

Я хочу поделиться с вами историей Елены и ее сына Алекса, которые прилетели в нашу клинику из Польши. Алексу три года, его диагноз – синдром Дауна.
Как обычно, процесс лечения у нас это и одновременно процесс обучения. Ребенка мы учим самостоятельности, родителей – умению продолжить все, происходящее в клинике, в домашних стенах.
Начало работы с маленьким пациентом было сложным, и, прежде всего, из-за «мягкотелости» Елены. Вернувшись после первого сеанса домой, она попыталась на практике применить первые полученные знания, но… Жалость ее, стремление облегчить процесс реабилитации Алекс чувствовал всем своим «нутром» – капризничал, плакал, порывался драться.
На следующий день «психотерапию» пришлось проводить уже с мамой: настраивать ее на нужный лад, на примере показывать, что жалость должна уступить место воле и логике. Кстати, очень удачно заметила одна моя знакомая: «Жалость – от слова «жало».
Что это означает?
Во-первых, ребенок любого возраста, а уж трехлетний тем более, способен понять, что от него требуется и для чего. Необходимо только уметь это объяснить, учитывая и совершенно непривычную обстановку, и естественный страх перед неизвестностью. Во–вторых, не теряя уважения к маленькому человеку, не ломая его личность, надо бережно, но твердо настоять на выполнении всего необходимого для его выздоровления. Трудно? Безусловно. Но по-другому ничего не получится.
Надо отдать должное Елене. Она сумела спрятать свои эмоции, сын увидел перед собой сильную маму и процесс пошел…
Невозможно вернуть человеку утраченные моторные функции без когнитивных. Иными словами, я не смогу научить Алекса, любого другого ребенка самостоятельности, если окажусь не в состоянии объяснить ему, для чего необходимо овладеть тем или иным движением, той или иной функцией.
Но я не могу объяснить ему что-либо, если он не умеет слушать, воспринимать и обрабатывать информацию. Значит, именно с этого и надо начинать!
Поэтому моя «мантра» такова: уважение, наблюдение, объяснение, показ и повтор!
Только так можно избежать разочарования и добиться главной цели – независимости.
И еще раз повторяю: никогда не позволяйте себе жалеть своего ребенка, поверьте, это не то, что он ищет. Прежде всего ему необходимо понимание со стороны окружающих. Как тут не вспомнить знаменитую фразу из «Доживем до понедельника»: «Счастье – это когда тебя понимают». Это необходимое условие для того, чтобы он стал самим собой, сформировался как личность без всяких скидок на «ограниченные возможности».

Natan

About the author

Natan Gendelman has written 135 articles for Enabled Kids.

Natan Gendelman is licensed as a physical therapist in Russia and Israel. After moving to Canada, he was certified as a kinesiologist and osteopathy manual practitioner. Natan has more than 20 years of experience providing rehabilitation and treatment for conditions such as cerebral palsy, autism, Down syndrome, pediatric stroke and acquired brain injury. He is the founder and director of Health in Motion Rehabilitation, a Toronto-based clinic whose main objective is to teach their patients the independence necessary for success in their daily lives.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*
*
Website


+ one = 7