«Специальное оборудование»: поступь в ногу со временем или разрыв между клиникой и домом?


Элен вошла в процедурный кабинет. Она обернулась и посмотрела на меня с разочарованием.
– Что, здесь нет никакого специального оборудования?
Элен, мать Наоми, красивой четырехлетней девочки с детским церебральным параличом. Из-за гипертонуса мышцы ног Наоми накрепко «стянуты», и она не может ходить. 
-У нас здесь есть все, что нужно вашей дочери, – сказал я женщине.
Я попросил Наоми лечь на коврик, и мы приступили к работе. Почему на полу? Ответ прост: большинство детей у себя дома много времени проводят именно на полу. Кстати, это и наиболее безопасное для них место.
Кроме того, я твердо верю в то, что условия клиники должны быть максимально близкими к тем, которые окружают людей в их быту. Не трудно поставить в кабинет терапевтический стол, но разве он есть в каждом доме? А вот пол есть везде, не так ли?
Так зачем мне сознательно выстраивать дополнительные психологические и физические барьеры между собой и пациентами, которых и так в первый день знакомства немало?
Однако вопрос Элен по поводу отсутствия специального оборудования, мне понятен и знаком.  Не одна она его задает. Вслух или про себя его проговаривают многие родители, переступая порог моей клиники.
Логика их ясна: для того, чтбобы поднять на ноги детей с «особыми потребностями» нужно специальное оборудование, специальных лечение, специальное питание, специальная одежда, – словом, все специальное.
Пожалуйста, не поймите меня неправильно: я вовсе не сторонник отрицать все, что накоплено в деле реабилитации детей с неврологическими расстройствами. Специальные шины, трости, костыли, «ходунки» – все это можно, а иногда и нужно использовать. Но главное то, чтобы они не были психологической помехой к адаптации человека в повседневной жизни.
Не сложно представить себе кабинет врача, оснащенный специальным оборудованием. Лечебные столы, электрические машины для стимуляции работы мышц, приборы сенсорной интеграции – все это впечатляет, говорит о хозяине кабинета как о человеке, идущем в ногу с последними достижениями науки и техники.
Но… Остался позади короткий прием у врача. Ребенок с родителями возвращается домой. Что там их ждет – чудеса медицинской техники или обычная обстановка? А раз так, то придется признать, что тяжелый, беспрерывный процесс реабилитации, который необходим ребенку с его серьезными проблемами, становится попросту невозможным. Вместо него – короткие занятия от приема до приема, по сути становящиеся если уж и не совсем бесполезными, то наверняка малоэффективными. Вся терапия с ее специальным оборудованием остается в клинике.
Увидев ее результаты, или, точнее, их отсутствие, я на раннем этапе своей практики пришел к выводу, что причина этого именно в разрыве клинического лечения и домашних условий, не позволяющих его продолжить.
Я сделал для себя вполне определенный вывод: дети с неврологической патологией нуждаются не в специальном оборудовании, а в функциональном лечении, цель которого – независимость.
Отныне это стало означать, что все происходящее в нашей клинике органично переносится в повседневную домашнюю жизнь наших пациентов.
Суть моего метода можно выразить тремя словами: обучение повседневным функциям. То есть необходимо научить ребенка (и обязательно передать этот опыт родителям) тем вещам, которые нужны ему в быту. В зависимости от возраста, он должен уметь самостоятельно сидеть, ходить, пользоваться вилкой-ложкой, чистить зубы, одеваться и так далее…
Следовательно, моя задача и задача родителей обучить ребенка той последовательной цепочке движений, которая приведет к нужному результату. Вот и все!
На каком специальном оборудовании можно показать, как завязываются шнурки, повторяя и повторяя это нелегкое дело? Какие приборы доведут до автоматизма процесс застегивания пуговицы? Какие тренажеры способны развить желание что-то сделать самостоятельно?

Кабинеты для наших занятий с детьми – не пусты. Они наполнены теми предметами и игрушками, которые окружают их дома.
Шары разной величины и с различной текстурой, пластиковые ложки, тарелки, чашки… Все эти простые вещи можно купить в любом магазине, в том числе и долларовом. Но это одновременно и есть наше «специальное оборудование», часть сенсорной интеграции.
С помощью этих вещей родители вслед за нами продолжают учить своих детей есть, пить, играть, они помогают постичь смысл этих предметов, познать их назначение, почувствовать себя в материальном мире.
Иными словами, они помогают своему ребенку познавать мир вокруг себя, что несомненно является одним из важнейших компонентов в развитии любого человека.
Сводя к минимуму или даже к полному исчезновению использование специального оборудования в клинике, врачи могут разрушить стену между процедурным кабинетом и домом. И тогда лечение и повседневная жизнь станут одним непрерывным процессом, не останется никаких препятствий на пути к независимости вашего ребенка.

Natan

About the author

Natan Gendelman has written 135 articles for Enabled Kids.

Natan Gendelman is licensed as a physical therapist in Russia and Israel. After moving to Canada, he was certified as a kinesiologist and osteopathy manual practitioner. Natan has more than 20 years of experience providing rehabilitation and treatment for conditions such as cerebral palsy, autism, Down syndrome, pediatric stroke and acquired brain injury. He is the founder and director of Health in Motion Rehabilitation, a Toronto-based clinic whose main objective is to teach their patients the independence necessary for success in their daily lives.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*
*
Website


+ 1 = two